vl-le

Династический статус князей Багратионов в Российской Империи в связи с вопросом о браке князя Владимира Кирилловича Романова с княгиней Леонидой Георгиевной Багратион-Мухранской

1. Государственное и династическое положение Грузии до Георгиевского трактата 1783 года.
Династия Багратионов (Багратиони) известна в качестве грузинской правящей династии с начала VI в. Во второй половине VI в. грузинский правитель Гуарам получил от византийского императора придворный титул куропалата и по имени своего отца стал первым именоваться Багратиони. В конце IX в. грузинские правители приняли титул «царя картвелов», а на рубеже X–XI веков Баграт III объединил разрозненные грузинские земли в единое государство. В этом качестве Грузия просуществовала до конца XV в., когда единое грузинское государство окончательно распалось на несколько самостоятельных государств, вскоре попавших в вассальную зависимость от Персии (более или менее ярко выраженную). Это были три самостоятельных грузинских царства – Картлийское (Карталинское, Картли), собственно исторический центр грузинской государственности, со столицей в Тбилиси; Кахетинское (Кахетия), со столицей в Греми, а затем в Телави; и Имеретинское (Имеретия), со столицей в Кутаиси; а также несколько мелких княжеств, часть из которых выделилась позднее из Имеретинского царства. Во всех трёх царствах правили представители различных ветвей династии Багратионов (1). Их историческая судьба такова.
Две большие ветви рода Багратионов, условно «Картлийская» и «Кахетинская», происходят от двух сыновей царя Александра I Великого, правившего в Грузии в первой половине XV в. От одного из его старших сыновей – Дмитрия (ум. 1453 г.), а вернее от сына Дмитрия – царя Константина II (ум. в 1505 г.) пошла старшая ветвь Багратионов – «Картлийская». От другого сына Александра I Великого – кахетинского царя Георгия VIII (ум. в 1476 г.), а вернее от его сына кахетинского царя Александра I (ум. в 1511 г.) пошла средняя ветвь Багратионов – «Кахетинская». Наконец, от младшего брата Александра I Великого – Георгия, а вернее от его внука царя Имеретии Александра II (ум. в 1510 г.) пошла младшая, третья ветвь Багратионов – «Имеретинская». Таким образом, грузинское царство в 1490 г. разделилось на три царства между двумя двоюродными братьями – царём Картли Константином II и царём Кахетии Александром I и их троюродным братом Александром II, царём Имеретии.
1. Старшая ветвь, «Картлийская», разделилась ещё на несколько ветвей.
1.1. Первая пошла от сына Констанина II – царя Давида X. Представители этой ветви занимали царский престол Картли до 1658 г., после чего эта ветвь пресеклась.
1.2. Вторая ветвь пошла от младшего брата Давида X – Баграта, который стал владетелем (батони) области Мухрани в Картлийском царстве. По сути дела это было удельное княжество.
Мухранская ветвь «картлийских» Багратионов также разделилась на две большие ветви.
1.2.1. Старшая пошла от старшего сына мухранбатони Теймураза (внука упомянутого Баграта) – Вахтанга, который в 1658 г. унаследовал картлийский престол от старшей ветви «картлийских» Багратионов. Эта ветвь правила в Картли до 1727 г., после чего Картли была оккупирована турецкими войсками, а позднее власть в этом царстве получила «кахетинская» ветвь Багратионов, претендовавшая на Картлийский престол. Потомки рассматриваемой ветви в XVIII в. выехали на службу в Россию. Они образовали два княжеских рода Российской Империи. Это – князья Грузинские (до XVIII в. все потомки Багратионов, переезжавшие в Россию, титуловались царевичами) – потомки картлийского царя Вахтанга VI (ум. в 1737 г.), и князья Багратион – внебрачные потомки брата Вахтанга VI картлийского царя Иессея (ум. в 1727 г.), последнего картлийского царя из мухранской ветви Багратионов (был ещё род князей Семёновых, но он пресёкся, по-видимому, ещё в XVIII в.).
Князья Грузинские были официально утверждены в княжеском достоинстве Российской Империи 26 мая 1859 г., князья Багратион – 4 октября 1803 г. (2) Род князей Грузинских пресёкся в 1898 г. Род князей Багратион – в 1920 г. (к этому роду принадлежал и знаменитый полководец кн. Пётр Иванович Багратион).
1.2.2. Младшая ветвь мухранских Багратионов пошла от младшего сына мухранбатони Теймураза – Константина (ум. в 1667 г.). Эта ветвь сохраняла свой статус владетелей Мухрани до 1801 г. После этого представители этой ветви получили в России титул князей Багратион-Мухранских, в княжеском достоинстве они были утверждены в 1825 и 1826 гг. (3) Род князей Багратион-Мухранских существует и по сей день, к нему принадлежала жена Князя крови императорской (В. кн.) Владимира Кирилловича – Леонида Георгиевна.
Итак, «Картлийская» ветвь Багратионов правила в Картли до 1727 г., владела Мухрани до 1801 г., а её потомки в России титуловались князьями Грузинскими и князьями Багратион (потомки царей Картли), и князьями Багратион-Мухранскими (потомки владетелей Мухрани). На момент принятия Георгиевского трактата потомки царской ветви картлийских Багратионов уже находились на службе в России (князья Грузинские и князья Багратион), а потомки мухранской ветви – правили в княжестве Мухрани.
С чисто генеалогической точки зрения с 1920 г. князья Багратион-Мухранские являются старшей ветвью рода Багратионов. Однако, только с чисто генеалогической.
2. Вторая ветвь династии Багратионов правила в Кахетии. В первой половине XVIII в. представители этой ветви занимали престол Картли, а в 1762 г. царь Ираклий II объединил Кахетию и Картли в единое государство. Именно он в 1783 г. и заключил Георгиевский трактат с Россией. После присоединения Грузии к России потомки Ираклия II влились в состав российского дворянства. Они носили титул и фамилию князей Грузинских с 1833 г., а в 1865 г. получили титул светлости (4). Таким образом, в России они титуловались светлейшими князьями Грузинскими. Этот род существует до сих пор, но в мужском поколении потомство его не продолжится. Старшим в роде является Нугзар Петрович (1950 г.р.), по титулованию Российской империи – светлейший князь Грузинский.
Как видим, в 1783 г. именно «кахетинская» ветвь династии Багратионов занимала объединённый престол Картли-Кахетинского царства, т.е. значительной и, безусловно, главной части Грузии в целом.
От «кахетинской» ветви Багратионов пошлё также род князей Багратион-Давыдовых, существующий до сих пор, но он значительной роли в государственной истории Грузии не играл.
3. Третья ветвь династии Багратионов правила Имеретинским царством. Оно просуществовало до 1810 г., после чего было присоединено к Российской империи. Потомки имеретинской ветви, вошедшие в состав российского дворянства, образовали следующие княжеские роды:
Потомки предпоследнего имеретинского царя Давида II (последний царь Соломон II бежал в Турцию и затем предпринял попытку неудачного восстания против России), хотя и не принадлежавшие к старшей по генеалогическому счёту ветви имеретинского царского рода, получили в России титул князей, а с 1865 г. – светлейших князей Имеретинских (5). Род этот в мужском поколении пресёкся в 1978г.
Потомки имеретинского царя Соломона I Великого, т.е. старшей ветви имеретинского царского рода носили титул князей, а с 1876 г. светлейших князей Багратион-Имеретинских (6). Этот род пресёкся к середине XX в.
Потомки брата царя Соломона I Великого, царевича Баграта, носили титул князей, а с 1881 г. светлейших князей Багратион (7). Этот род в мужском поколении пресёкся в 1937 г., а в женском – в 2009 г. со смертью светлейшей княжны Нино Давидовны Багратион.
Кроме того, потомками имеретинской ветви были роды князей Багратион-Давыдовых (второй род этой фамилии), который пресёкся ещё в середине XIX в., и дворян Багратион (потомки внебрачного представителя имеретинской ветви), существующий до сих пор.
Итак, в 1783 г. представители младшей ветви династии Багратионов правили в Имеретинском царстве.
Кроме того, от Имеретинского царства на протяжении второй половины XVI – начала XVII в. отделилось несколько более мелких княжеств, которые хотя и признавали сюзеренитет Имеретинских царей, но были вполне самостоятельными государственными образованиями. В них правили не потомки династии Багратионов, а другие княжеские династии.
Это были:
Княжество Мегрелия, правящей династией которого был род князей Дадиани (Варданидзе), а затем князей Чиковани, принявших фамилию Дадиани (дадиани – титул, ставший фамилией). Княжество было окончательно присоединено к Российской империи в 1867 г. Потомки этой династии носили в России титулы светлейших князей Мингрельских, светлейших князей Дадиан-Мингрельских, светлейших князей Дадиан, князей Дадиан и князей Дадиановых (8).

Княжество Гурия, в котором правили князья Гуриели (ветвь рода Варданидзе-Дадиани). Княжество было присоединено к Российской империи в 1828 г. Потомки этой династии носили в России титулы светлейших князей Гуриели и князей Гуриели (9).
Княжество Сванетия, в котором правили князья Геловани и князья Дадешкелиани. Окончательно Сванетия была присоединена к Российской империи в 1859 г. Потомки правящих родов титуловались в Российской империи князьями Геловани и князьями Дадешкелиани (10).
Княжество Абхазия, в котором правил род князей Шервашидзе. Княжество было присоединено к Российской империи в 1864 г. Потомки местной династии титуловались в России светлейшими князьями Шервашидзе и князьями Шервашидзе (11).
Таким образом, к 1783 г. единого грузинского государства не существовало. Георгиевский трактат с Россией был заключён от имени царя Картли и Кахетии, дальнейшее же включение Грузии в состав Российской империи шло постепенно в разных регионах и разных грузинских государствах. К 1783 г. на территории Грузии существовало два царства и четыре княжества. Владение Мухрани входило в состав Картли-Кахетии, а князья Багратион-Мухранские – в число княжеских родов этого царства (12).
2. Процесс присоединения грузинских государств к России и его отражение в титуле Русских Государей и Российских Императоров.
Начало государственно-политических отношений грузинских царств с Московским царством относится ко времени правления царя Фёдора Ивановича.
23 сентября 1586 г. в Москву прибыло посольство от кахетинского царя Александра II («Иверские земли Александра царя», именовавшегося в русских дипломатических документах, как правило, только «князем»), который «сам своею головою и со всею своею землею под кров царствия и под вашу царскую руку рад поддаетца, понеже государь наш и земля наша хрестьянская, а от неверных турок в велицей беде и в утесненье». Главным условием присяге кахетинского царя на верность московскому государю была защита от мусульманских соседей. В начале апреля 1587 г. посольство отправили назад с ответом, что русский государь Александра «под свою царскую руку и в оборонь хочет взять» и город на Тереке поставить. Вместе с грузинскими послами в Кахетию поехало и русское посольство, которое должно были «царя к вере привести». При этом в русских документах кахетинский царь именовался «Грузинские земли начальником Александром князем Иверским» (13).
Посольство вернулось в Москву 13 октября 1588 г. Послы сообщили, что «по государеву наказу грузинсково Александра князя и его детей и чиновных людей х крестному целованью привели за всю Иверскую землю на том, что ему и его детем со всею Иверскою землею быти в государеве жалованье под его царскою рукою и от него, государя, и от его государевых детей быти неотступно и поминки ко государю посылати…». Послы привезли и список крестоцеловальной записи, которую дал Александр 28 сентября 1587 г. (14) Вслед за ними, 17 октября в Москву приехали послы самого кахетинского царя, которые привезли «поминки» и просили о помощи против «неверных». Царь Александр направил Фёдору Ивановичу грамоту, в которой титуловал себя как «началный царь и великий князь Александр Леонтиевич всея Иверские земли» (15). 25 февраля 1589 г. казначей и дьяки объявили послам «по приговору», что русский царь взял кахетинского правителя «под свою руку» и направляет в Грузию новых послов. Царю Александру была отправлена жалованная грамота с золотою печатью (от апреля 1589 г.). 16 октября 1589 г. русские послы были приняты царём Александром. Кахетинский правитель особенно просил военной помощи против шамхала. Русское посольство отправилось в обратный путь с ответным грузинским посольством (16). 13 декабря 1590 г. послов царя Александра принял царь Фёдор Иванович (17). В своей грамоте кахетинский царь Александр бил челом русскому государю «и со всею Иверскою землею Грузинского царства» (18). Таким образом, над Кахетией был установлен протекторат со стороны Московского государя.
Вслед за этим в царском титуле появились слова «государь Иверские земли Грузинских царей», которые впервые фиксируются в грамоте в Ригу от псковского воеводы Д.И. Вельяминова, которая датируется началом августа 1589 г. (19) Анализ предшествующей дипломатической документации показывает, что включение кавказских объектов в титул русского царя произошло на рубеже июля и августа 1589 г.
Существенно, что именно кахетинский царь воспринимался поначалу русской стороной как главный правитель в Грузии («Иверии»).
Однако ситуация изменилась в начале XVII в., когда «кавказский компонент» царского титула в его грузинской части пополнился ещё одним территориальным определением. Это дополнение было связано не только с признанием вассалитета со стороны ещё одного грузинского правителя, но и с матримониальной политикой Бориса Годунова. Эти тайные планы были одной из задач посольства думного дворянина М.И. Татищева и дьяка Андрея Иванова, отправленного в Грузию 6 мая 1604 г. (20) К этому времени отношения с Кахетией стали менее благожелательными. Русское посольство И.А. Нащокина и подьячего Леонтьева (1601–1603 гг.), хотя и привело к крестоцеловальной записи нового кахетинского царя Давида I, по сути свергнувшего с престола своего отца Александра, но процарствовавшего всего полгода, вернулось с твёрдой уверенностью в проперсидской ориентации кахетинской политики. Несмотря на то, что приехавшие с русским посольством кахетинские послы постарались уверить русское правительство в обратном (они и предложили Годунову возможные матримониальные кандидатуры из грузинских правящих династий), и в 1604 г. была послана очередная русская рать против шамхала (которая так и не дождалась «иверской» помощи), политические обстоятельства вскоре окончательно уничтожили и без того призрачный русский протекторат над Кахетинским царством. Во время пребывания посольства Татищева в Кахетии там произошёл государственный переворот: сын Александра II, принявший в Персии ислам Константин, убил своих отца и брата, после чего стал новым кахетинским государем. Несмотря на требования русского посольства, на верность нового царя России рассчитывать не приходилось. «Тайная» цель посольства в Кахетии также не была достигнута: потенциальный жених дочери Бориса Годунова, царевны Ксении, царевич Теймураз (будущий кахетинский царь) находился в качестве заложника при дворе персидского шаха.
Далее русские послы отправились в Карталинское царство и в апреле 1605 г. прибыли ко двору карталинского царя Георгия X. Здесь выяснилось, что, по словам Георгия, «царь Александр – государь в своей земле, а яз владею своею землею. А в Ыверской земле началной царь яз, а не Александро» (21). В своей грамоте к Борису Годунову ещё от ноября 1604 г., посланной Татищеву, Георгий X титуловал себя как «царь Юрьи Карталинской и всея Иверии» (22). На этот раз миссия русского посольства оказалась более успешной. Послы «говорили речь против государева наказу…, чтоб Юрьи царь со всею своею Карталинскою землею был под государевою рукою…». «А поминки от царя Бориса Федоровича и царевича Федора Борисовича несли послы для государева дела те, что послано было к Олександру царю, потому что в Ыверской во всей земле началной в царях Карталинской Юрьи царь, а от государей Московских послы к нему впервые, а се для великого дела…». Георгий X ответил согласием: «хочю быть в его государеве жалованье: голова моя и дети мои и все мое государство Божье да его государево; а в том моя вина перед государем, что по ся места яз великому государю бить челом не посылывал» (23). 10 мая 1605 г. царь Георгий дал крестоцеловальную запись в том, что хочет «быть под великого государя его царского величества рукою со всею моею Карталинскою землею во веки неотступен» и надеется «на царского величества милость, что меня своим государевым жалованьем не оставит и недругом моим меня не подаст». «И буду яз, царь Юрьи, со всею землею Кортлинскою под его царьскою высокою рукою неотступен» (24). С этого времени «грузинская» часть царского титула приобрела следующий вид: «государь Иверские земли Карталинских и Грузинских царей». С некоторыми изменениями эта часть титула просуществовала в титуле российских государей вплоть до революционных событий 1917 г.
Итак, в конце XVI – начале XVII в. Московское царство установило протекторат сначала над Кахетинским царством, а потом и над Карталинским, что отразилось в появлении названий Картли и Кахетия (в форме Грузия) в титуле русского царя. Карталинское царство было признано русской стороной как бы главным грузинским царством, но несмотря на это слово «Грузия» в титуле продолжало обозначать именно Кахетию.
Следующий этап русско-грузинских отношений в отношении протектората связан с Георгиевским трактатом 1783 г. Он был заключён 24 июля 1783 г. в крепости Георгиевск между представителями карталинского и кахетинского царя Ираклия II и российской императрицы Екатерины Великой (25).
Трактат (вернее, договор) инициировала грузинская сторона. В тексте именного указа Сенату от 29 сентября 1783 г. указано, что посредством этого договора «сей владетель признал верховную власть и покровительство наши и преемников престола нашего императорского над царями карталинскими и кахетинскими» (26). Иными словами, над Карталинским и Кахетинским царствами был установлен российский протекторат. Показательно, что в тексте самого трактата карталинские и кахетинские цари называются «светлейшие владетели (светлейшие цари)», а сам Ираклий II титулуется «Его Светлость». Отношение России к царствам Ираклия II трактуется как «покровительство». Россия обещала сохранять целостность владений карталинских и кахетинских царей, а согласно артикулу 3 новые карталинские и кахетинские цари должны были получать инвеституру от российского императора: «В изъявлении того чистосердечия, с каковым его светлость царь карталинский и кахетинский признает верховную власть и покровительство всероссийских императоров, постановлено, что помянутые цари, вступая наследственно на царство их, имеют тотчас извещать о том российскому императорскому двору, испрашивая чрез посланников своих императорского на царство подтверждения с инвеститурою, состоящей в грамоте, знамени с гербом Всероссийской империи, имеющим внутри себя герб помянутых царств, в сабле, в повелительном жезле и в мантии или епанче горностаевой. Сии знаки или посланникам вручены будут, или же чрез пограничное начальство доставлены будут к царю, который при получении их в присутствии российского министра долженствует торжественно учинить присягу на верность и усердие к Российской империи и на признание верховной власти и покровительства всероссийских императоров по форме, прилагаемой при сем трактате». Согласно арткулу 6-му, Екатерина II обещала именем своим и своих преемников, в частности, «Светлейшего царя Ираклия Теймуразовича и его дома наследников и потомков сохранять беспеременно на царстве Карталинском и Кахетинском». Девятый артикул касался карталинских и кахетинских княжеских и дворянских родов: «Простирая милость свою к подданным его светлости царя, князьям и дворянам, Ея Императорское Величество установляет, что оные во Всероссийской империи будут пользоваться всеми теми преимуществами и выгодами, кои российским благородным присвоены, а его светлость, приемля с благодарностью толь милостивое к подданным его снисхождение, обязывается прислать ко двору Ея Величества списки всех благородных фамилий, дабы по оным можно было знать в точности, кому таковое отличное право принадлежит». В эти списки вошёл и род князей Багратион-Мухранских, подданных Ираклия II.
Итак, Георгиевский трактат сохранял на царском престоле Картли и Кахетии как Ираклия II, так и его потомков, однако, поставление на престол нового царя возможно было только с согласия России. Российский император был верховным покровителем царей Картли и Кахетии, и, разумеется, его титул и статус был выше, чем у грузинских царей. Нужно подчеркнуть также сопряжение статуса грузинских царей (не только Картли-Кахетинских, но и Имеретинских, упоминаемых в трактате) с титулом светлости.
Исторические обстоятельства сложились таким образом, что, опять-таки по инициативе грузинской стороны, на рубеже XVIII–XIX вв. Картли-Кахетинское царство непосредственно вошло в состав Российской империи.
18 января 1801 г. император Павел I подписал манифест «О присоединении Грузинского царства к России» (27). Согласно этому документу, «Царство Грузинское» (так в манифесте названа Картли-Кахетия) присоединено «на вечные времена» под Державу нашу, в «непосредственное подданство Всероссийскому Императорскому престолу». В приложенной к манифесту форме императорского титула грузинские владения русского государя обозначены так: «Государь Иверские, Карталинские, Грузинские и Кабардинские земли…». 12 сентября 1801 г. Александр I подписал манифест к грузинскому народу (28). В нём, в частности, говорилось: «Мы, вступя на Всероссийский престол, обрели Царство Грузинское присоединённое к России, о чём и манифест в 18 день Генваря 1801 года издан уже был во всенародное известие», однако, «не для приращения сил, не для корысти, не для распространения пределов и так уже обширнейшей в свете Империи, приемлем Мы на себя бремя управления Царства Грузинского. Единое достоинство, единая честь и человечество налагают на Нас священный долг, вняв молению страждущих в отвращение их скорбей, учредить в Грузии Правление, которое могло бы утвердить правосудие, личную и имущественную безопасность и дать каждому защиту закона».
Иными словами, в Картли-Кахетии вводилось прямое российское правление, впрочем, в тексте указывалось, что «каждый пребудет при преимуществах состояния своего… неприкосновенно», а «царевичи сохранят уделы свои кроме отсутствующих». В соответствии с «Постановлением внутреннего в Грузии управления», Грузия разделялась на пять уездов (три в Карталинии и два в Кахетии), вводилась система российской администрации. Впоследствии члены царской семьи Картли-Кахетии были вывезены в Россию.
Как уже было показано выше, постепенно и все остальные грузинские государства были присоединены к Российской империи. В редакциях императорского титула от 6 июня 1815 г., 23 декабря 1825 г. и 25 марта 1828 г. грузинский территориальный компонент не претерпел никаких изменений (29). Но в Высочайше утверждённых описаниях государственного герба, государственной печати и гербов членов Императорского дома от 11 апреля 1857 г. в составе российского государственного герба присутствует также и герб Царства Грузинского (30), в императорском же титуле в редакции от 3 ноября 1882 г. титул «Царь Грузинский» стоит после титула «Царь Херсониса Таврического», завершая перечисление «царств», престолообладателем которых был российский государь (31).
Из всего этого с абсолютной ясностью следует, что Грузинским царём до 1917 г. считался (и являлся) император Всероссийский.
3. Правовой статус потомков грузинских царей и потомков рода Багратионов в целом в Российской Империи.
Оказавшиеся в России потомки династии Багратионов вошли во состав российского дворянства. Их правовой статус может быть проиллюстрирован на примере Высочайше утверждённого положения Комитета министров от 1 апреля 1833 г., объявленного Сенатом 25 апреля «О титулах Царевичей Грузинских и Имеретинских и детей их» (32). Показательно, что речь в нём идёт о потомках царей Картли-Кахетии и Имеретии, которые в России носили фамилии Грузинских и Имеретинских (относительно потомков владетельных князей других грузинских княжеств, например, Мегрелии и Абхазии, не происходивших из рода Багратионов, были отдельные постановления). В этом положении говорится следующее: «Правительствующий Сенат слушали предложение г. министра юстиции, что по Положениям Государственного Совета 12 сентября 1804 и Комитета министров 26 марта 1812 года, Царевичи, сыновья Грузинских Царей, сами по себе сохраняют сие титло; дети же их именуются Князьями Грузинскими, а дети Царевичей Имеретинских Князьями Имеретинскими; наконец, дети, рождённые от Царевен Грузинских и Имеретинских, вышедших в замужество за Князей, удерживают фамилию своих отцов. Как, несмотря на сделанное неоднократно подтверждение об исполнении означенных постановлений, некоторые из детей Царевичей именуют себя Царевичами и Царевнами, то Государь Император по Положению Комитета гг. министров, в 1 день сего апреля Высочайше повелеть изволил: 1) сделать, чрез посредство Правительствующего Сената, повсеместно известными вышеизъяснённые постановления относительно титулования Царевичей Грузинских и Имеретинских и детей их, и 2) предписать всем Присутственным местам не принимать от членов бывших Царских Домов никаких бумаг с подписями званий, им не присвоенных, и не утверждать сделок и прочих актов, в коих они подпишутся или наименуют себя каким-либо противным постановлению титулом».
Из этого законодательного акта со всей очевидностью следует, что потомки картли-кахетинских и имеретинских царей сохраняли титул царевичей только в первом поколении, далее же они титуловались только князьями. Царские дома Картли-Кахетии и Имеретии считались в Российской империи «бывшими», причём к таковым относились только две династии Багратионов – царская династия Картли-Кахетии (на момент присоединения царства к России) и царская династия Имеретии (аналогично), а не все потомки Багратионов в целом.
По-видимому, именно на это постановление ссылался генерал А.А. Мосолов, в воспоминаниях которого описан интересный случай: «Светлейшая княгиня Грузинская, в девичестве Безобразова, была супругою корнета конвоя Его Величества. Придавая большее значение роду своего мужа, чем это соответствовало современной действительности, она начала свою осаду министерского двора, обременяя церемониальную часть спорами о том, где полагается ей стоять на выходах. Княгиня была убеждена, что ей, супруге потомка грузинских царей, полагается быть между членами императорской фамилии. Постоянные пререкания об этом мне настолько надоели, что я дал себе труд и раскопал постановление, еще в царствование Николая Павловича изданное, что все потомки владетельных кавказских семей в третьем колене занимают место по рангу в русской службе. Супруг — корнет…» (33)
20 июня 1865 г. Александр II утвердил Мнение Государственного Совета «О предоставлении титула Светлости потомкам последних Царей Грузии и Имеретии, происходящим от мужского поколения, Князьям Грузинским и Имеретинским» (34). Так князьям Грузинским и Имеретинским, которые были потомками последних царей Грузии (т.е. Картли-Кахетии) и Имеретии в мужском поколении, был предоставлен титул Светлости. Существенно, что речь здесь шла не о всех потомках династии Багратионов в целом (предки которых так или иначе являлись царями Грузии в разные исторические периоды), а только о потомках тех ветвей, представители которых были последними царями Картли-Кахетии и Имеретии на момент их присоединения к России, что выглядит совершенно логичным. Титул светлости как бы отделял одних потомков Багратионов от других, он выделял потомков царей от потомков удельных владетелей и указывал на прошлое царственное достоинство. Однако это достоинство отнюдь не было равнозначным династическому статусу российской императорской династии, глава которой (Государь Император) с середины XIX в. сам носил титул «Царь Грузинский». Светлейшие князья Грузинские и Имеретинские (как и светлейшие князья Шервашидзе, Дадиан-Мингрельские и Гуриели), хоть и были потомками владетельных родов (на что указывал их титул «Светлости»), по своему статусу были в принципе равны другим Светлейшим князьям Российской империи. Ещё более низкое положение (по отношению к императорской династии России) занимали те потомки династии Багратионов, которые носили «просто» княжеский титул, с титулованием сиятельством – они находились на уровне других дворянских фамилий России, носивших княжеский титул (князей Оболенских, Голицыных, Мещерских, Юсуповых и т.д). К таковым княжеским родам принадлежал и род князей Багратион-Мухранских.
Заметим, что титул «Светлости» был в конечном итоге распространён на все ветви потомков Имеретинской царской династии. Потомками же Грузинского царского рода считалась фамилия светлейших князей Грузинских. Титул светлости в данном случае, вероятно, отсылал также и к титулованию Светлостью царей Картли-Кахетии и Имеретии в Георгиевском трактате 1783 г.
4. Брак Княжны Крови Императорской Татианы Константиновны с князем Константином Александровичем Багратион-Мухранским.
Из всего вышесказанного абсолютно очевидно следует, что в Российской Империи не только князья Багратион-Мухранские или Багратион-Давыдовы, но даже и Светлейшие князья Грузинские и Светлейшие князья Имеретинские статусом владетельных домов, аналогичные германским монаршим и владетельным семьям, не обладали. А следовательно, они никак не могли быть ровней Российской Императорской Фамилии – Дому Романовых.
Брак члена Императорской Фамилии с любым потомком династии Багратионов считался морганатическим, как морганатическим был, к примеру, брак Княжны Крови Императорской Ирины Александровны и князя Феликса Феликсовича Юсупова, графа Сумарокова-Эльстон.
Согласно, Своду основных государственных законов Российской Империи в редакции 1906 г., а именно статье 188 Учреждения о Императорской Фамилии, «Лице Императорской Фамилии, вступившее в брачный союз с лицом, не имеющим соответственного достоинства, то есть, не принадлежащим ни к какому царствующему или владетельному дому, не может сообщить ни оному, ни потомству, от брака сего произойти могущему, прав, принадлежащих Членам Императорской Фамилии». Эта статья имеет также Примечание: «Впредь никто из Великих Князей и Великих Княжен не может вступать в брак с лицом, не имеющим соответственного достоинства, то есть не принадлежащим ни к какому царствующему или владетельному дому» (35). Это Примечание связано с Именным указом от 11 августа 1911 г., разрешившим членам Императорской Фамилии, носящим титулы Князей и Княжон Крови Императорской (т.е. правнукам Императоров и их мужским потомкам) морганатические браки, но не придавшим потомству от этих браков статуса членов Императорской Фамилии. Этот указ был подписан в преддверии брака Княжны Крови Императорской Татианы Константиновны (1890–1979), дочери Великого князя Константина Константиновича, и князя Константина Александровича Багратион-Мухранского (1889–1915), который был заключён в Павловске 24 августа 1911 г.
Статья 188 ясно указывала, что член Императорской Фамилии вступивший в морганатический брак, не теряет собственных прав принадлежности к Императорскому Дому (а, следовательно, и личного права на престолонаследие), но не может сообщить таковых ни своей супруге (супругу), ни своим потомкам от этого брака.
Поэтому перед заключением брака с кн. К.А. Багратион-Мухранским княжна Татиана Константиновна подписала «отречение от принадлежащего Ей, как Члену Императорского Дома, права на наследование Императорского Всероссийского Престола», о чём последовал Именной указ Государя Императора от 24 августа 1911 г. (36) Таким образом, оставшись членом Императорской Фамилии, Татиана Константиновна отказывалась от возможного права на Престолонаследие, чтобы в будущем исключить ситуацию, когда Императорский престол мог бы занять человек, состоящий в морганатическом браке (такие отречения подписывали и некоторые другие представительницы Императорской Фамилии перед вступлением в брак, но они могли быть вызваны разными причинами).
То, что брак Княжны Татианы Константиновны и князя Багратион-Мухранского однозначно расценивался как морганатический, подтверждают и сами члены Императорской Фамилии. Брат Княжны Татианы Князь Гавриил Константинович в своих воспоминаниях «В Мраморном дворце» пишет: «В это время у нас дома часто говорили о корнете Кавалергардского полка, князе Багратион-Мухранском. Он приезжал к нам в Павловск и катался на лодке с сестрой Татианой. Все были от него в восторге. Татиана и Багратион влюбились друг в друга и решили жениться. Но отец и матушка были категорически против этой свадьбы, так как Багратион считался не равного с Татианой происхождения. Отец потребовал, чтобы Багратион покинул Петербург». И далее: «Отец сказал Татиане, что она должна знать, что по закону этот брак недопустим. В семействе стали подниматься голоса о желательности изменения этого закона, и Государь сказал матушке: «Я три месяца мучился и не мог решиться спросить мама, а без ее санкции я не хотел предпринимать что-либо. Наконец, я ей сказал про Татиану и Багратиона, о предполагаемых семейных советах для решения этого вопроса и о возможном изменении закона. Я боялся, что она скажет, а она ответила (при этом Государь изображал, как Мария Фёдоровна говорит своим низким голосом): «Давно пора переменить». Напрасно я три месяца мучился»» (37). Следствием этого разговора и последующих событий и стало решение о допустимости морганатических браков для младших членов Династии (Князей и Княжон Крови Императорской), однако, без придания супругам членов Династии и потомству от этих браков династических прав. Свадьбу Татианы Константиновны её брат Гавриил называет «полувысочайшей». Морганатический характер этого брака в то время, ни у кого не вызывал никаких сомнений.
5. Признание Великим Князем Владимиром Кирилловичем царского достоинства князей Багратион-Мухранских и статус его брака с Леонидой Георгиевной, урождённой княжной Багратион-Мухранской.
Итак, в соответствии с законодательством Российской Империи все потомки династии Багратионов, как обладавшие титулом «Светлости» князья – потомки последних царей Грузии (Картли-Кахетии) и Имеретии, так и обладавшие княжеским титулом другие потомки Багратионов, не считались обладателями статуса царствующего или владетельного домов. Однако 22 ноября/5 декабря 1946 г. Великий Князь Владимир Кириллович, в качестве Главы Императорского Дома, подписал Акт, которым признавал Царское достоинство князей Багратион-Мухранских. В соответствии с ним (38) за князьями Багратион-Мухранскими, как старшей ветвью «Семьи Багратионов», было признано царское достоинство и «право её членов именоваться Князьями Грузинскими и титуловаться Царскими Высочествами». «Главой этой семьи является ныне здравствующий Князь Георгий Александрович», на дочери которого, урождённой княжне Леониде Георгиевне Багратион-Мухранской в 1948 г. женился сам Владимир Кириллович.
Из текста этого документа не вполне ясно, признано ли было Владимиром Кирилловичем царское достоинство за всем родом князей Багратион-Мухранских или же только за семьёй князя Георгия Александровича. Но как бы то ни было, именно этот Акт является юридическим основанием для признания брака самого Владимира Кирилловича равнородным.
На каких основаниях было признано царское достоинство за семьёй князя Георгия Александровича Багратион-Мухранского? Из текста Акта следует, что Вел. Кн. Владимир Кириллович принимал во внимание два фактических обстоятельства: Первое – «факт независимости Грузии с 1918 по 1921 г.», что само по себе не имеет никакого значения, ибо, с одной стороны, с точки зрения законодательства Российской Империи такая независимость была чистым сепаратизмом, а потому не имела законного статуса, а с другой, Грузия в это время была республикой. Второе – генеалогическое старшинство князей Багратион-Мухранских по отношению к другим ветвям рода Багратионов. Также стоит оговорится, о том, что аналогичных Актов не издавалось в Европе, не одним царственным Домом после того, как они утратили свою международную правосубъектность! Ни Дом Габсбургов — Императоры Австро-Венгрии, ни Королевский Дом Пруссии (Гогенцоллернов) не издавали никаких юридических Актов, которые бы изменяли социальный или юридический статус того или иного аристократического Рода в странах, в которых некогда царствовали их предки. Т.о. Акт Главы Дома Романовых 1946 года, не только не имел под собой исторических оснований, но и превышал его прерогативы, как персоны, не являющейся субъектом международного права, и не имевшего оснований вносить какие-либо изменения в области социально-политического положения каких-либо аристократических родов Российской Империи.
Действительно, в 1946 г. после пресечения родов князей Грузинских и князей Багратион именно род князей Багратион-Мухранских оказался старшей по генеалогическому счёту ветвью всего рода Багратионов. Князь Георгий Александрович Багратион-Мухранский (1884–1957), до революции бывший всего лишь Душетским уездным предводителем дворянства (уездных предводителей дворянства было в Российской Империи одновременно несколько сотен человек) и женатый на дочери линейного контролёра Владикавказской железной дороги Е.С. Злотницкой (1886–1979), с 1918 г. после смерти отца был действительно с точки зрения генеалогического старшинства старшим представителем рода князей Багратион-Мухранских. Однако было ли это само по себе достаточным для признания за ним царского (!) достоинства?
Как мы помним, потомки последних царей Картли-Кахетинского (Грузинского) царства титуловались в Российской империи светлейшими князьями Грузинскими (как потомки последних царей Имеретии – светлейшими князями Имеретинскими), и этот род существовал и в 1946 г., как существует и в настоящее время. Совершенно очевидно, что именно светлейшие князья Грузинские и являлись престолонаследниками Грузинского царского престола (Картли-Кахетинского царства) (буде такой престол мог быть когда-либо восстановлен), а не потомки удельных владетелей Мухрани, в Российской империи носившие титул князей. В 1946 г. старшим потомком последних Грузинских царей был светлейший князь Пётр Петрович Грузинский (1920–1984), известный поэт, живший в Тбилиси и написавший знаменитую песню об этом городе.
Происхождение же князя Георгия Александровича Багратион-Мухранского от Царской Династии Багратионов само по себе ещё не означало его особых прав – в противном случае, точно такими же правами равнородства с Романовыми должны были бы обладать все многочисленные потомки княжеской династии Рюриковичей, многие из которых не имели в Российской Империи даже княжеского титула и занимали весьма скромное служебное положение. Среди предков кн. Г.А. Багратион-Мухранского ближайшим по времени грузинским царём был Константин II, правивший на рубеже XV – XVI вв. В XVII, XVIII и до начала XIX в. представители этой ветви занимали положение удельных князей Картли-Кахетинского царства, т.е. являлись не суверенами, а вассалами Царей Картли-Кахетинского Царства. Они не имели царственного Достоинства, в отличие от Картли-Кахетинского и Имеретинского Царского Домов. Очевидно, что Грузинский Царский Дом должны были представлять потомки последних независимых Царей Грузии, а не потомки бывших удельных князей, происходящие от Царей XV в. В противном случае, наследниками Российского Престола следовало бы признать не потомков Императорской Династии Романовых, а потомков удельных князей Рюриковичей – князей Оболенских, Волконских, Долгоруковых и др., а заодно все эти роды признать монаршими династиями.
Ситуация в династии Багратионов по сути своей была (и в какой-то степни остаётся) аналогичной ситуации в династии Рюриковичей в начале XVII в., когда на русский престол был выбран Михаил Фёдорович Романов, ближайший родственник последнего русского царя из московской ветви Рюриковичей, Фёдора Иоанновича, а не представители княжеских родов Рюриковичей (князей Воротынских, например, или Пожарских), пусть и происходившие от одного корня с родом московских царей (и даже обладавших с точки зрения генеалогии старшинством по сравнению с ними), но отнюдь не считавшихся равными им по своему статусу.
Однако главное в другом. Своим Актом 1946 г. Вел. Кн. Владимир Кириллович по сути нарушил территориальную целостность Российской Империи, на Престол которой он претендовал. Ведь титул Царя Грузии неотделимо принадлежал Всероссийскому Императору. Следовательно, претендуя на Престол Российской Империи, Владимир Кириллович должен был сначала отречься от своих прав на Престол Грузинского Царства, а уже потом признавать царские права той или иной ветви Багратионов (впрочем, в этом случае его мнение уже не имело бы никакого решающего значения). Иными словами, Вел. Кн. Владимир Кириллович признал династические права своих подданных, тем самым поддержав региональный сепаратизм и перечеркнув вхождение Грузии в состав Российской Империи в соответствии с Высочайшими Манифестами Императоров Павла I и Александра I. При этом сам Акт Вел. Кн. Владимира Кирилловича отличается удивительной внутренней противоречивостью. Глава Российского Императорского Дома провозглашает, что составил этот Акт для «сохранения целостности Российской Империи в будущем» (!) и при «возрождении Нашей великой Империи» не допускает и мысли о существовании Грузии в качестве независимого государства. При этом подданные Всероссийского Императора – князья Российской Империи – обретают «царское достоинство», дарованное им не законами их страны или их династии, а волей самого «Грузинского Царя» — Всероссийского Императора (или, вернее, претендента на Престол). Ничего более абсурдного с точки зрения права представить нельзя.
Необходимо также отметить, что мотивацией к изданию Главой Дома Романовых Акта 1946 года «О признании царственного достоинства Дома Багратидов», стал брак князя Ираклия Георгиевича Багратион-Мухранского (брата Леониды Георгиевны Багратион-Мухранской) с Инфантой Марией де лас Мерседес Баварской, принадлежавшей к Королевскому Дому Испании. В самом тексте Акта 1946 года, Вел. Кн. Владимир Кириллович ссылается на научное заключение некоего профессора истории М. Мускелишвили, который утвердил Главу Императорского Дома в том мнении, что князья Багратион-Мухранские являются «царственным Домом Грузии», что не только не соответствовало историческим и социальным реалиям Российской Империи, но и противоречило тому историческому прецеденту, о котором говорилось выше — о браке Княжны Императорской крови Татьяны Константиновны и князя Константина Багратион-Мухранского.
Однако по Основным государственным законам Российской Империи, на престол которой претендовал Вел. Кн. Владимир Кириллович, его брак с урождённой княжной Леонидой Георгиевной Багратион-Мухранской был, вне всякого сомнения, браком неравнородным (морганатическим), а следовательно и потомство от этого брака в соответствии со статьями 36 и 188 Свода Основных государственных законов Российской Империи права на наследование российского императорского престола не имеет.
Приложение № 1.
Именной Высочайший указ № 1588, об отречении Её Высочества Княжны Татианы Константиновны от прав на наследование Императорского Всероссийского Престола.
Правительствующему Сенату.
Её Высочество Княжна Татиана Константиновна представила Нам, за собственноручным подписанием, отречение от принадлежащего Ей, как Члену Императорского Дома, права на наследование Императорского Всероссийского Престола.
Правительствующий Сенат к исполнению сего не оставит сделать надлежащее распоряжение.
На подлинном
Собственною Его Императорского Величества рукою подписано:
«НИКОЛАЙ».
Петергоф.
24 Августа 1911 года.
Скрепил: Министр Императорского Двора Генерал-Адъютант Барон Фредерикс.

Именной Высочайший указ № 1589, о бракосочетании Её Высочества Княжны Татьяны Константиновны с Князем Константином Багратион-Мухранским. От 11 августа 1911 года.
Правительствующему Сенату.
С согласия Нашего и Великого Князя Константина Константиновича и Великой Княгини Елизаветы Маврикиевны совершено 24 сего Августа бракосочетание Дочери Их Императорских Высочеств, Её Высочества Княжны Татианы Константиновны с Князем Константином Багратион-Мухранским.
Вследствие сего повелеваем:
Княгине Татьяне Константиновне сохранить титул Высочества и именоваться впредь Её Высочеством Княгинею Татианою Константиновною Княгинею Багратион-Мухранской;
сохранить за Её Высочеством Княгинею Татианой Константиновной Княгиней Багратион-Мухранской преимущество, указанное в пункте 2 статьи 170 и статьи 171 Учреждения о Императорской Фамилии (Том I, часть I, издание 1906 года);
могущему произойти от вышеозначенного брака потомству носить титул и фамилию супруга Её Высочества Княгини Татианы Константиновны Княгини Багратион-Мухранской и пользоваться принадлежащими ему сословными правами.
Правительствующий Сенат к исполнению сего не оставит сделать надлежащее распоряжение.
На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано:
«НИКОЛАЙ».
Петергоф.
24 Августа 1911 года.
Скрепил: Министр Императорского Двора Генерал-Адъютант Барон Фредерикс.

В.А.Захаров – профессор, кандидат исторических наук, Директор Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона

Примечания
(1) Генеалогия различных ветвей династии Багратионов представлена в кн.: Дворянские роды Российской Империи. Т. 3. Князья. М., 1996. С. 28–94 (далее ДРРИ).
(2) Любимов С.В. Титулованные роды Российской Империи. М., 2004. С. 16, 69; ДРРИ. Т. 3. С. 46, 50.
(3) Любимов С.В. Указ. соч. С. 65–66; ДРРИ. Т. 3. С. 54.
(4) Любимов С.В. Указ. соч. С. 69; ДРРИ. Т. 3. С. 69–71.
(5) Любимов С.В. Указ. соч. С. 74; ДРРИ. Т. 3. С. 92.
(6) Любимов С.В. Указ. соч. С. 65; ДРРИ. Т. 3. С. 91.
(7) Любимов С.В. Указ. соч. С. 64–65; ДРРИ. Т. 3. С. 92.
(8) Любимов С.В. Указ. соч. С. 22, 71; ДРРИ. Т. 4. М., 1998. С. 44, 51.
(9) Любимов С.В. Указ. соч. С. 70; ДРРИ. Т. 4. С. 36.
(10) ДРРИ. Т. 4. С. 70–71, 86–87.
(11) Любимов С.В. Указ. соч. С. 90–91; ДРРИ. Т. 4. С. 21.
(12) ДРРИ. Т. 3. С. 54.
(13) Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып. 1. 1578–1613 гг. М., 1889. С. XCV, 10–14.
(14) Там же. С. XCV, 31–41, 562.
(15) Там же. С. 55.
(16) Там же. С. CIII–CIV.
(17) Там же. С. 127, 223.
(18) Там же. С. 224.
(19) Памятники дипломатических сношений Древней России с державами иностранными. Т. 1 (с Империею Римскою, 1488–1594). СПб., 1851. Стб. 1220.
(20) Документы посольства см.: Белокуров С.А. Указ. соч. С. 420–516.
(21) Белокуров С.А. Указ. соч. С. 471.
(22) Там же. С. 469.
(23) Там же. С. 497.
(24) Там же. С. 512, 515.
(25) Текст трактата опубликован в Полном собрании законов Российской Империи (Собрание первое). Т. 21. С. 1013–1017 (№ 15835), воспроизведён также на сайте исторического факультета МГУ. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/georgia.htm
(26) ПСЗ РИ. Т. 21. С. 1013.
(27) Опубликован в: ПСЗ РИ (Собрание первое). Т. 26. С.502–503 (№ 19721).
(28) Опубликован в: ПСЗ РИ (Собрание первое). Т. 26. С. 782–784 (№ 20007).
(29) ПСЗ РИ (Собрание первое). Т. 33. С. 195 (№ 25875); ПСЗ РИ (Собрание второе). Т. 1. С. 22 (№ 13), Т. 3. С. 331 (№ 1897).
(30) ПСЗ РИ (Собрание второе). Т. 32. Ч. 1. С. 299 (№ 31720).
(31) ПСЗ РИ (Собрание третье). Т. 2. С. 433 (№ 1159).
(32) ПСЗ РИ (Собрание второе). Т. 8. Ч. 1. С. 199 (№ 6091).
(33) К примеру, http://e-libra.ru/books/216327-pri-dvore-poslednego-imperatora.html
(34) ПСЗ РИ (Собрание второе). Т. 40. Ч. 1. С. 666 (№ 42227).
(35) Наследование Российского Императорского престола. М., 1999. С. 80–81. Полный текст Свода основных государственных законов Российской империи со всеми необходимыми ссылками доступен на Викитеке.
(36) Наследование Российского Императорского престола. С. 120.
(37) Воспоминания Гавриила Константиновича многократно опубликованы, в т.ч. и в Интернете, см., например – http://www.tinlib.ru/istorija/v_mramornom_dvorce/p1.php
(38) См.: Наследование Российского Императорского престола. С. 152–153.

Примечания и исправления

Захаров: Две большие ветви рода Багратионов, условно «Картлийская» и «Кахетинская», происходят от двух сыновей царя Александра I Великого, правившего в Грузии в первой половине XV в. От одного из его старших сыновей – Дмитрия (ум. 1453 г.), а вернее от сына Дмитрия – царя Константина II (ум. в 1505 г.) пошла старшая ветвь Багратионов – «Картлийская».

Прим. 1 — Согласно последним историко-генеалогическим исследованиям, на основании новых сведений генеалогия потомков царя Грузии Александра I Великого (1412-1442) имеет следующий вид:

Три большие ветви рода Багратионов, условно «Кахетинская» «Картлийская» и «Имеретинская» происходят от сыновей царя Грузии Баграта V (1360-1393). 1-я старшая ветвь — Кахетинская, происходит от сына царя Александра I Великого (1412-1442 гг.), последнего царя Грузии Георгия VIII (1446-1466) и позже как царя Кахети в 1466-1476 годах (уже как Георгия I).

2-я средняя ветвь — Имеретинская, происходит от младшего брата царя Грузии Александра I Великого — царевича Георгия, а вернее от его сына Баграта VI в 1466-1478 царя Картли-Имеретии и внука царя Имеретии Александра II (1484-1510) пошла средняя, вторая ветвь Багратионов – «Имеретинская».

3-я младшая ветвь — Картлийская, происходит от младшего сына царя Грузии Баграта V (1360-1393) — царевича Давида (провинциального царя в Квемо (Нижней) Картли) а вернее от его внука — царя Картли Константина II (1478-1505), являвшегося сыном царевича Димитрия Давидовича (виден в 1405-1425 гг.), пошла младшая ветвь Багратионов — «Картлийская».

Брат царя Грузии Георгия VIII — царевич Димитрий (провинциальный царь) умер в 1452 году бездетным. Во всех дошедших до наших дней исторических грамотах, царевич Димитрий не приводит никаких сведений о своей жене и детях. Обсолютно все его современники — цари Грузии всегда в своих грамотах называют своих жен и детей. Приведем несколько примеров:

1) Грамота царя Баграта Горному святому Георгию (1360-1393): “…Мы царь-царей, обоими государствами, Лихт-Имером и Лихт-Амером Баграт и супруга наша царица-цариц Елена и сыновья наши Гиоргий и Александр…”. (Грузинские документы IX-XV вв. в собрании Ленинградского отделения института востоковедения АН СССР. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1982, стр.93);

2) Грамота Улумпии Мцхетскому Свети-цховели (1399-1407 гг.): “…я, Улимпия, дочь великого царя царей Баграта и сестра самого знатного из царей, царя-царей Гиорги и сын наш Сазуерел”. (Грузинские документы IX-XV вв. в собрании Ленинградского отделения института востоковедения АН СССР. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1982, стр.121);

3) Дарственная грамота царя Александра I о селении Агагани и Кадагани (1419 г.): “… В кроникон 107 (1419 г. =1312+107) мы царь-царей Александр, царица Тамар и сыновья наши монах Давид, Вахтанг, Георги и братья наши Баграт и Гиоргий… Написан сигели сей в кроником 107 (1419 г.)”. (Грузинские документы Института народов Азии. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1967, стр.61);

4) Грамота царя Александра I об отмене подати мали (1440 г.): “… И в кроникон 101 (1413 г. =1312+101) я царем сел. …молю вас , сыновей наших: Вахтанга, Димитрия и Гиорги… Написан сигели сей в кроником 128 (1440 г.), в индиктион царствования нашего 28 (1440 г.) ”. (Грузинские документы IX-XV вв. в собрании Ленинградского отделения института востоковедения АН СССР. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1982, стр.152);

5) Грамота царя Гиорги VIII об отмене подати мали (1468 г.): “… Мы… царь царей Гиорги и любимым сыном нашим Александре… Написан сей сигели в кроником 156 (1468 г.)”. (Грузинские документы IX-XV вв. в собрании Ленинградского отделения института востоковедения АН СССР. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1982, стр.190);

6) Жалованная грамота царя Баграта VI, его супруги и сына Александра, данная 20 января 1467 г. (Грузинские документы Института народов Азии. Перевод и комментарии С.С.Какабадзе. Москва, 1967, стр.73);

7) Жалованная грамота царя Баграта Александра I, данная в 1479 г. “… Мы сын царя царей Гиоргия, царь Александр, мать наша госпожа царица Нестандареджан и супруга наша царица Анна… Написан сей сигели в кроником 167 (1479 г.)”. (Т.Жордания. Хроники и другие материалы по истории и литературе, т.II. Тбилиси, 1897, стр.301 (на груз. яз.);

Следовательно, царю Грузии Георгию VIII царь Картли-Имерети Баграт VI приходился двоюродным братом, а царь Картли Константин II — троюродным братом.

Захаров: Таким образом, грузинское царство в 1490 г. разделилось на три царства между двумя двоюродными братьями – царём Картли Константином II и царём Кахетии Александром I и их троюродным братом Александром II, царём Имеретии.

Примечание 2 — Таким образом, грузинское царство в 1490 г. разделилось на три царства между двумя двоюродными братьями –II. царём Кахетии Александром I и царём Имеретии Александром II, и их троюродным дядей — царём Картли Константином

Захаров: Старшая ветвь, «Картлийская», разделилась ещё на несколько ветвей.

1.1. Первая пошла от сына Констанина II – царя Давида X. Представители этой ветви занимали царский престол Картли до 1658 г., после чего эта ветвь пресеклась.

Примечание 3 – Младшая ветвь, «Картлийская», разделилась ещё на несколько ветвей.

1.1. Первая пошла от сына Констанина II – царя Давида X. Представители этой ветви занимали царский престол Картли до 1658 г., после чего эта ветвь пресеклась.

Захаров: Вторая ветвь пошла от младшего брата Давида X — Баграта, который стал владетелем (батони) области Мухрани в Картлийском царстве. По сути дела это было удельное княжество. Мухранская ветвь «картлийских» Багратионов также разделилась на две большие ветви.

1.2.1. Старшая пошла от старшего сына мухранбатони Теймураза (внука упомянутого Баграта) – Вахтанга, который в 1658 г. унаследовал картлийский престол от старшей ветви «картлийских» Багратионов.

(был ещё род князей Семёновых, но он пресёкся, по-видимому, ещё в XVIII в.).

Примечание 4 – Вторая ветвь пошла от младшего брата Давида X — Баграта, который в 1512 г. вотчину из царского домена в Мухрани и стал основателем нового княжества (сатавадо) в Картлийском царстве. [Оно не было удельным княжеством, а было обычным феодальным княжеством, которых в Картлийском царстве было более 20]. Хозяевами вновь образованного сатавадо стали не просто феодалы, а представители боковой царской фамилии, а само владение, в отличие от других, представляло собой непосредственно часть царского домена. Согласно сведения источника они были — “вторыми степенью Багратионами и первыми среди тавадов”. Глава княжеского рода и князем 1 степени, именовался Мухранбатоном, все его младшие родственники — Мухранбатонишвили (буквально — “дети Мухранбатони”), являлись князьями 2 и 3 степени.

Ветвь князей Багратион-Мухранских в XVII в. разделилась на несколько княжеских ветвей (см. таблицу).

Старшая ветвь пошла от старшего сына князя Теймураза Мухранбатони (внука упомянутого Баграта) — Вахтанга, который в 1658 г. был усыновлен царем Картли Ростомом, и после его смерти, унаследовал картлийский престол. Он продолжил линию царей Картли, а не основал новую династию.

Род князей Семеновых, происходивший от младшего брата царя Вахтанга VI — царевича Симона, действительно пресёкся на рубеже XVIII- XIX вв. Последний представитель — внук царевича Симона — князь Федор Николаевич виден в 1764-1811 гг.

Захаров: Младшая ветвь мухранских Багратионов пошла от младшего сына мухранбатони Теймураза – Константина (ум. в 1667 г.). Эта ветвь сохраняла свой статус владетелей Мухрани до 1801 г. После этого представители этой ветви получили в России титул князей Багратион-Мухранских, в княжеском достоинстве они были утверждены в 1825 и 1826 гг. (3) Род князей Багратион-Мухранских существует и по сей день, к нему принадлежала жена Князя крови императорской (В. кн.) Владимира Кирилловича – Леонида Георгиевна.

Итак, «Картлийская» ветвь Багратионов правила в Картли до 1727 г., владела Мухрани до 1801 г., а её потомки в России титуловались князьями Грузинскими и князьями Багратион (потомки царей Картли), и князьями Багратион-Мухранскими (потомки владетелей Мухрани). На момент принятия Георгиевского трактата потомки царской ветви картлийских Багратионов уже находились на службе в России (князья Грузинские и князья Багратион), а потомки мухранской ветви – правили в княжестве Мухрани.

Примечание 5 – Эта ветвь сохраняла свой административный статус князей Мухрани до 1801 г.

Итак, «Картлийская» ветвь Багратионов правила в Картли до 1727 г., но князья Мухранбатони владели своей вотчиной до 1801 г. Потомки Вахтанга VI-го. в России титуловались князьями Грузинскими, а потомки царя Иесе — князьями Багратион. А что касается потомков князей Мухранбатони, то они и после 1801 г. титуловались — просто князьями Багратион-Мухранскими.

Захаров: С чисто генеалогической точки зрения с 1920 г. князья Багратион-Мухранские являются старшей ветвью рода Багратионов. Однако, только с чисто генеалогической.

Примечание 6 — С чисто генеалогической точки зрения, согласно последним исследованиям, князья Багратион-Мухранские, являются самой младшей ветвью рода Багратионов (см. таблицу)

Захаров: Княжество Мегрелия, правящей династией которого был род князей Дадиани (Варданидзе), а затем князей Чиковани, принявших фамилию Дадиани (дадиани – титул, ставший фамилией).

Княжество Гурия, в котором правили князья Гуриели (ветвь рода Варданидзе-Дадиани).

Примечание 7 — Князья Дадиани и князья Гуриели были разного происхождения, а не одного рода. Род князей первой династии Дадиани — неизвестен. А князья Гуриели, действительно являлись ветвью эриставов Сванении Варданидзе.

Захаров: Владение Мухрани входило в состав Картли-Кахетии, а князья Багратион-Мухранские – в число княжеских родов этого царства (12).

Примечание 8 — Княжеская вотчина Мухрани входило в состав Картли-Кахетии, а князья Багратион-Мухранские – в число княжеских родов этого царства.

Захаров: 2. Процесс присоединения грузинских государств к России и его отражение в титуле Русских Государей и Российских Императоров.

Начало государственно-политических отношений грузинских царств с Московским царством относится ко времени правления царя Фёдора Ивановича.

Примечание 9 — Начало государственно-политических отношений грузинских царств (Царства Кахети) с Великим княжеством Московским относится ко времени правления государя всея Руси Ивана III. Первое грузинское посольство в 1483 году прибыло в Москву.

Захаров: Исторические обстоятельства сложились таким образом, что, опять-таки по инициативе грузинской стороны, на рубеже XVIII–XIX вв. Картли-Кахетинское царство непосредственно вошло в состав Российской империи.

Примечание 10 — Ни один из последних царей Грузии, в частности ни Ираклий II, ни Георгий XII и не правитель царства — царевич Давид (XII) никогда от своих царских прав не отказывались и согласно пунктам Георгиевского трактата, заключенного в 1783 году между Грузией и Россией, российская империя брала на себя обязанность защищать грузинское царство от внешних врагов, оказывать военную помощь и не вмешиваться во внутренние дела царства.1 (1. Георгиевкий трактат 1783 года заключенный между Россией и Восточной Грузией. Текст к печати подготовил, введением и примечаниями снабдил Г.Пайчадзе. Тб., 1983). Однако, русское правительство не стремилось к соблюдению условий трактата, предпочитая присоединить территорию Восточной Грузии непосредственно к Российской империи. Насильственное вхождение Восточной Грузии в состав Российской иперии было грубым нарушением условий двухстороннего Георгиевского трактата.2 (2. Очерки Истории Грузии, т.IV. Грузия с начала XVI века и до 30-х годов XIX века. Редактор тома М.Думбадзе. Тб., 1973, стр.813-820 (на груз.яз.); Н.Бердзенишвили, Ив.Джавахишвили, С.Джанашиа. История Грузии, часть I. С древнейших времен до начала XIX в. Под редакцией С.Джанашиа. Тб., 1948, стр.418 (на груз.яз.).

Захаров: Титул светлости как бы отделял одних потомков Багратионов от других, он выделял потомков царей от потомков удельных владетелей и указывал на прошлое царственное достоинство.

Примечание 11 — Титул светлости как бы отделял одних потомков Багратионов от других, он выделял потомков царей от потомков княжеских ветвей и указывал на прошлое царственное достоинство.

Захаров: Второе — генеалогическое старшинство князей Багратион-Мухранских по отношению к другим ветвям рода Багратионов.

Примечание 12 — см. примечание 6.

Захаров: Действительно, в 1946 г. после пресечения родов князей Грузинских и князей Багратион именно род князей Багратион-Мухранских оказался старшей по генеалогическому счёту ветвью всего рода Багратионов.

Примечание 13 — см. примечание 6.

Захаров: с 1918 г. после смерти отца был действительно с точки зрения генеалогического старшинства старшим представителем рода князей Багратион-Мухранских.

Примечание 14 — см. примечание 6.

Захаров: Совершенно очевидно, что именно светлейшие князья Грузинские и являлись престолонаследниками Грузинского царского престола (Картли-Кахетинского царства) (буде такой престол мог быть когда-либо восстановлен), а не потомки удельных владетелей Мухрани, в Российской империи носившие титул князей.

Примечание 15 — см. примечание 4,5,8.

Захаров: В XVII, XVIII и до начала XIX в. представители этой ветви занимали положение удельных князей Картли-Кахетинского царства, т.е. являлись не суверенами, а вассалами Царей Картли-Кахетинского Царства.

Примечание 15 — см. примечание 4,5,8.

Захаров: Они не имели царственного Достоинства, в отличие от Картли-Кахетинского и Имеретинского Царского Домов. Очевидно, что Грузинский Царский Дом должны были представлять потомки последних независимых Царей Грузии, а не потомки бывших удельных князей, происходящие от Царей XV в.

Примечание 15 — см. примечание 4,5,8.

bdz1